Репей

Отчаянно предавшись горькой мути,

В глухой воде, в итоге стапелей,

В сыром аду, в резине и мазуте

Не разглядеть высоких кораблей.

А есть они! На рейде за лучами,

Сжигающими радужный замес

Бессмыслицы – костром и зеркалами

Готовых к превращениям небес.

Стоят, помалу в зюйде раздувая

Косые и прямые паруса –

Флотилия, пеньковая, живая,

Под звёздным полем Лебедя и Пса.

Ещё чуть-чуть и в полчаса умчится,

Блистающий пронзая носом норд...

Наняться бы, подняться, зацепиться

За флагмана покрытый снегом борт!

Могу рабом лихому капитану,

Пускай зовусь отныне я Репей,

Глазами в лёд, лицом темнее стану

В латунном визге якорных цепей.

27 октября 2017 г.

Пионерская осень

До рассвета подымаюсь,

А горячей нет воды...

Ледяною умываюсь,

Вроде розовой слюды.

Завтрак мой печально скуден,

Праздник осени с утра

Не богаче летних буден,

Оборвавшихся вчера.

Жизни скучный ход бесспорен,

Солнцем выжжено стекло,

Репродуктор, жёлт и чёрен,

Гимном в точку увело.

Из парадного ныряю

В духовое торжество

И почти не ощущаю

В этом свете ничего...

Вдох и выдох спозаранку,

Надеваю – погляди –

Первоснежную испанку

С алой кистью впереди.

24 октября 2017 г.

Скандинавский узел

Станешь от пропасти зимней в единственном шаге,

Нежишь надежду – в морозной горсти перепёлка...

Где-то на западе дышит свинцом Копенгаген,

Где-то над крышами – тени собаки и волка.

Свистом разбойным пронзая преддверие стужи,

Страх обращает дыхание в острую льдину.

Завязью, всё не смертельной, куражась и вьюжась,

С подлой улыбкой врачебную тянет резину.

Викинги, что ли, мерещась в тумане обрыва,

Справа и слева несущие числа и вёсла,

Режут носами звериными воды залива,

Где-то у них за спиной разгорается Осло...

Их предводитель, свирепый и рыжеволосый,

В синих наколках по облаку голого торса,

Воздуху в грудь набирает... Какие вопросы?

Утлый рассвет заливает огни Гельсингфорса.

Скоро зима. Эти два неразборчивых слова

Где-то по борту янтарной начертишь смолою.

Вот и готово, всё к бою по-новой готово,

Сковано сердцем и сшито железной иглою.

20 октября 2017 г.

Невидимые реки

Какого цвета быстрая вода

В прозрачности невидимых течений,

Что выше птиц и яростней зари,

Смывающей кровавым семицветьем

Горящий мрак ночного маяка?

Какого цвета?.. Нет, ещё важней —

Каков кристалл и чем тверда решётка,

Вонзающие перпендикуляр

Невидимой лавины в стену ливня,

Стирающие снегом сна пути.

Нет, чище снега, белого белее

Летящего любви наперерез,

И накипи зеркальной серебра

Богаче чистым духом амальгама

Подземных рек, несущих в небеса.

Пути Господни неисповедимы.

12 октября 2017 г.

Фол последней надежды

Связанные обязанностью падать без остановки,

Обречённые речью на плоть от плоти,

Упоённые ожиданием коренной перековки,

И не где-нибудь там, а в доме напротив,

«Хорошо бы поглубже!» – это мы про колодец,

Холодком обдающий от ступней и выше,

Обзывающий эхом: «Эгей, уродец!

Ты не тот ли шишел, который вышел?»

Облюбованы загодя птицами и червями,

Заключённые в одиночку вопроса «Что там?»,

Ударяясь о стены осенёнными головами,

Светом – это потом, а пока что – потом,

Взяв ладонями воду и ноздрями воздух,

Подымаем к небесному скверу лица,

Проницаем тьму и считаем звёзды,

Сделав линзой лёд и трубой – криницу.

2 октября 2017 г.