Пока мы земля в кракелюрах растительных
трещин,
Пока мы, не знаю, печная белёсая
пыль,
И нету мужчин в этой массе, тем более – женщин,
И что за родня нам бесшумный в поклоне ковыль?
И нету мужчин в этой массе, тем более – женщин,
И что за родня нам бесшумный в поклоне ковыль?
Пока мы едины в библейском вселенском
навозе,
Никто не заметил, не то что не выносил нас,
Мы просто пластом разлеглись и лежим на морозе,
Как рота в окопе, забывшая к бою приказ.
Пока мы земля, повторяю, а даже не глина
В замесе тяжёлого ливня с небесным огнём,
Какая возможна для формы и счёта причина?
И нужен ли душам и каждой в отдельности дом?
Никто не заметил, не то что не выносил нас,
Мы просто пластом разлеглись и лежим на морозе,
Как рота в окопе, забывшая к бою приказ.
Пока мы земля, повторяю, а даже не глина
В замесе тяжёлого ливня с небесным огнём,
Какая возможна для формы и счёта причина?
И нужен ли душам и каждой в отдельности дом?
Пока нас в помине во Царствии нету,
но зреет
Зерно откровения с плевелом горьким греха,
У Бога уже и Эдем в тишине зеленеет,
И плотью душе завершается праха труха.
Зерно откровения с плевелом горьким греха,
У Бога уже и Эдем в тишине зеленеет,
И плотью душе завершается праха труха.
И зло наступает пучками с неистовым
рёвом,
Но всё до Творения ясно, как перец и пень,
Пока мы земля и под плуга движением новым
Отцовской Любви опускается на сердце тень.
Но всё до Творения ясно, как перец и пень,
Пока мы земля и под плуга движением новым
Отцовской Любви опускается на сердце тень.
14 января 2018 г.
Комментариев нет:
Отправить комментарий