Новый поход на север,
мне всё равно
не уснуть.
Кто это? Белый Клевер
лает и чертит путь.
Есть у меня и лыжи,
смазаны – пятьдесят
Ниже нуля, и ниже –
в кровь мою лёд и яд.
Ненцы вручили парку,
выучив говорить.
Зябко, зато не жарко:
В ней же позёмки прыть!
Чукча добавил песню
в грудь под ненецкий мех,
Жилами залатал мне
хант полыньи прорех.
Вижу вдали медведя,
страшного, как в кино:
Быстро следит к победе,
чтобы нырнуть на дно.
Будут костёр и миска,
чтобы варить и жрать.
Думаешь, полюс близко?
Где разложить кровать?
Ладно, пора прощаться.
База, приём, земля!
Не унывайте, братцы.
Не подведу вас я.
Или воткну авансом
в нужное алый стяг,
Или умру, как Нансен.
Ну, или как-то так.
Кто это? Белый Клевер
лает и чертит путь.
Есть у меня и лыжи,
смазаны – пятьдесят
Ниже нуля, и ниже –
в кровь мою лёд и яд.
Ненцы вручили парку,
выучив говорить.
Зябко, зато не жарко:
В ней же позёмки прыть!
Чукча добавил песню
в грудь под ненецкий мех,
Жилами залатал мне
хант полыньи прорех.
Вижу вдали медведя,
страшного, как в кино:
Быстро следит к победе,
чтобы нырнуть на дно.
Будут костёр и миска,
чтобы варить и жрать.
Думаешь, полюс близко?
Где разложить кровать?
Ладно, пора прощаться.
База, приём, земля!
Не унывайте, братцы.
Не подведу вас я.
Или воткну авансом
в нужное алый стяг,
Или умру, как Нансен.
Ну, или как-то так.
28 января 2018 г.
Комментариев нет:
Отправить комментарий